Чем дальше в интернет, тем грустнее поэтессы

В этом году исполняется сто лет Октябрьской революции. Это значит, то что уже почти  век тому назад советская власть дала  простому люду начальное образование. Было ли наше государство до этого полностью безграмотным? Нет, была интеллигенция, которая рьяно отстаивала свою честь на дуэлях пистолета и пера. Писатели, поэты и ученые разного сорта корпели ночами над листочками, выводя чернилами буквы, понятные лишь людям высшего света. А за унижение этих самых букв – бились до гибели оскорбившего или оскорбленного.

 

За это столетие наша держава претерпела множество потрясений. Сын против отца, поэт против прозаика, белый против красного – гражданская война, как гигантская мясорубка, превратила в фарш литературу того времени и выдала готовый продукт, сделать из которого можно было лишь одну котлету – произведение, продвигающее социализм. Если повезло, и выбрался живым: эмиграция - единственный выход хоть как-то сохранить свою самобытность.

Но лишь сочинений про колхозы стало с избытком, началась Вторая мировая. И либо писали о буднях солдат, либо не писали вовсе – после шестнадцатичасового, в лучшем случае, рабочего дня творить не особо хотелось.

До войны и после сорок пятого многие писали о лагерях. Мнимые предатели, солдаты, бежавшие из плена, разведчики и шпионы были сосланы подальше властью, подверженной паранойе.

Период хаоса, все-таки пришел, соблюдая цикличность. В девяностых, после распада СССР, жизнь превратилась в беличье колесо, никак не прикрепленное к клетке. Каждый пытался взять то, что мог, тем способом, который был ему доступен. Литература в то время переживает своеобразное «испытание свободой» - публикуют большинство запрещенных ранее произведений. Что же было со страной на протяжении семи десятилетий, какая мораль еще осталась – темы, которые в лихие девяностые пытались раскрыть писатели, критики, искусствоведы и историки.

И вот те времена канули в Лету. Пришел век высоких технологий. Пост-постмодернизм и все из него вытекающее: абсурдизм, минимализм.

Что является детищем нашего века? Литература виртуального пространства.

В 2004 году запустили Facebook, в 2006 – Twitter, а в 2007 – крупнейшую, на данный момент в России, социальную сеть «ВКонтакте».

И с тех пор уже было не нужно корпеть над листами с чернилами, идти в редакцию журнала со своим творением. Достаточно пару раз покликать мышкой, пощелкать по клавишам, придумать рифму «галка-палка», выложить в сеть. И мир твой.

Литература, в частности, поэзия перестала быть уделом гениев. Искусство пера, а точнее, клавиатуры, превратилось в бытовое дело.

После перерыва на стихотворной арене появляются поэты-массовики, выходцы из народа, из «ВКонтакте», где под каждым лирическим излиянием - комментарий от подписчика: «В точку! Прямо про меня!»

В сети нет однозначного мнения о поэтах-сетевиках. Ах Астахова, Ес Соя, СолаМонова, Ананасова, Милена Райт, Паша Бродский, Стефания Данилова, Арчет – кто они? Представители новой, будущей культуры, личности, на которых будут равняться писатели последующих годов? Или же выходцы из выгребной ямы дешевых рифмовок?

В сентябре 2015 года на порталеTheQuestion критик Лев Оборин высказал такую точку зрения:

«Никакой художественной ценности стихи Ах Астаховой не представляют. Это не то что вторичная, а третичная поэзия, полная дешевого мелодраматизма и не имеющая понятия о стилистике».

В комментариях к этому ответу есть такие слова: «простая поэзия для простых людей». Значит, современное сетевое творчество – это массовое искусство, не претендующее когда-либо стать классикой, а лишь созданное под веянием моды? И умрет оно так же быстро, как и  родилось?

Василий Федоров, кандидат филологических наук: «Любое творчество имеет право на жизнь, из неудачного может вырасти что-то новое. Тынянов, критик и литературовед начала 20 века, писал, что все новое в литературе развивается из отступлений и ошибок. У сетевой поэзии – большое будущее. Она будет меняться, развиваться. Такая форма поэзии близка повседневному образу жизни молодых: использование Интернета для общения, гаджетов, новых медиа. Только она, подчеркиваю, будет меняться».

В пример Василий Федоров приводит первые образцы сетевой поэзии 1990-х – начала 2000-х. На сайтах хокку нужно было по определенным правилам написать поэтический текст. В конце нулевых у новоявленных творцов появилась возможность явить миру свою лирику через крупнейший, на данный момент,  сайт Стихи.ru. В 2003 на этом портале  Владислав Кунгуроввпервые опубликовал цикл стихов, носивший название «Пирожки». Они были написаны четырехстопным ямбом, без прописных букв и запятых. После создания социальных сетей стихи-пирожки стали одним из самых популярных видов поэзии. А с 2009 года даже выходят сборники четверостиший с неожиданным финалом.

В наши дни ни одно произведение не может стать популярным безинтермедиальности: интерактивного сочетания текста, картинки и звука. 

Поэты-сетевики для продвижения своей лирики используют Tumblr изображения, проще говоря, фотокарточки с эффектом потертости, будто бы сделанные на пленку, иногда мутноватые.  Музыка-сопровождение чаще всего - фортепиано или звук леса, шум моря. Помимо этого, творцы XXI века снимают видео с чтением своего стихотворения. Это дает право называть этих лириков – поп-поэтами.

Ес Соя: «Для того, что мы делаем, давно пора придумать другой термин. Скажем, «поп-поэзия» звучит круто. У нас действительно статус рок-звезд. Не очень больших, но со всеми привилегиями и атрибутами».

Евгений Соя, кстати, не раз приезжал и в Челябинск.

ЕлизаветаИвандаева: «Я не питаю к нему никаких чувств. Как-то раз просто была организатором его концерта. Чаёк ему наливала. У него приятные манеры, он обходителен, любит пошутить. Рассказывает интересные истории о путешествиях, в том числе в Индию. У него много татуировок, и. впервые увидев его, сразу можно понять, что он не обычный человек. Даже если ты не любишь его стихов, не попасть под обаяние Ес Сои, практически, невозможно. И еще он закрывает глаза, когда читает стихи. Это все, что я помню».

Кирилл Лежак: «На концерт Ес Сои я ходил примерно 2015 году. Он приезжал в Челябинск впервые на моей памяти. Билет на его поэтический вечер стоил в районе трехсот-пятисот рублей. По тем временам для школьника большие деньги. В то время все по нему загонялись, читали. Он был в моде. Подруга уговорила на него пойти, и дальше меня ждал ад. Во-первых, как человек он мне показался отвратительным: заносчивый молодой парень с ЧСВ. И творчество его так себе, мягко говоря. На автографы и фотографии он соглашался через силу. В общем, строил из себя рок-звезду мирового масштаба».

Ольга Опарова: «В далёком 2012м в программе "Вечерний Ургант" было выступление Марии Чайковской и Гуши Катушкина с песней "Эхо тысячи вокзалов". Я на неё подсела. Через какое-то время я узнала, что текстом песни являются стихи Ес Сои. Потом узнала, что автор приезжает к нам. Выступать он должен был на крартирнике HomeConcert. Я с нетерпением ждала этого события. Но после я осталась разочарована. Даже не знаю, что именно охладило мои чувства, но я перестала интересоваться творчеством Ес Сои.

А вот с Астаховой всё сложнее. Не могу сказать, что зачитываюсь стихами, но я обожаю её выступления. И как-то видео с её стихами описывают тот период, в котором я нахожусь сейчас. Но как бы я ни пыталась сама читать её стихи - не цепляет. Впечатление остается только от прочтения самой Астаховой.

Подобная история и с Верой Полозковой. Могу воспринимать настроение текста только через интонации автора. Впервые я услышала её прочтение "На самом деле" Быкова и влюбилась. Это было первое стихотворение, которое я по доброй воле выучила, а потом ещё и рассказывала на публике. Моя любовь к этому прочтению безгранична!

СолаМонову я увидела вкаком-топаблике «ВК» год назад. Стихотворение "Не воспитайте мальчика козлом". Я смеялась в голос. Так актуально! Посмотрела несколько её видео, но ни одно не зацепило. Как-то уже прошла любовь к этому автору, но стихотворение, порой, цитирую до сих пор».

Некоторые критики считают, что сетевая поэзия - наследница творчества Эдуарда Асадова и Юлии Друниной. Василий Федоров же думает иначе: «У сетевой поэзии нет одного источника. А Друнина и Асадов заложили основы поэтического спектакля, выступления, не более».

Тогда почему «пиплхавает» современную лирику, но при этом, в большинстве своем, не читает классической поэзии? На этот вопрос Василий ответил так:

«Молодежь читает сетевую поэзию, потому что сама живет в Сети. Язык молодых поэтов-сетевиков ближе, темы и проблемы, которые онизатрагивают, отражают повседневную жизнь, социальный опыт. Классику не хотят читать, потому что при этом нужно быть образованным, прилагать интеллектуальные и эмоциональные усилия. Понять, что люди жили по-другому, но испытывали те же эмоции и чувства, переживали так же.

Александра Яшина: «Форма может быть любой: фразовые стихи, никакой силаботоники, рифмы. Если есть искренность и смысл –  это поэзия. А если этого смысла, который за неделю просеивается, нет,  и ты не вспоминаешь об этом стихотворении, то это не то. Оседает ли современная поэзия в памяти? Иногда нет. Но в большинстве своем – да, оседает. Очень люблю стихи Вавилова».

Часто сетевую поэзию называют «соплями с сахаром», мол, в современном обществе эталон – это вечно страдающая, вечно влюбленная, вечно отвергнутая личность, заливающая свое горе литрами кофе и закуривающая десятками ментоловых сигарет. Так ли это? Долго продлится такой тренд?

Один из пользователей TheQuestion, некий Александр Ванецев, выразил свою точку зрения: «Сетевая лирика - "проходное явление" в том смысле, что произведения таких поэтов обычно имеют недолгую литературную жизнь. Их быстро забывают, поскольку приходят новые, такие же, но чуть более современные и актуальные. Основная ценность, на мой взгляд, - простым языком и ритмом рассказать о чем-то характерном и важном для определенного слоя общества. Так сказать, задеть струну. Вечные ценности, типа, "я любила - ты отбила", но каждый раз языком нового поколения».

«Задеть струну», конечно, важно. Но разве лирика – это ни что-то личное? Выставляя свои творения «ВКонтакте», поэты-сетевики дают к ним неограниченный доступ. Имена некоторых стихотворцев уже стали чуть ли не брендом, стало модно иметь кружку или футболку с фотографией Астаховой или Ананасовой.

Василий Федоров: «Поэзия не теряет своего сакрального смысла от того, что ее читают. Человеку всегда надо выразить боль, радость, сочувствие. Меняется форма и способ. А к вопросу о поэзии как бренде: в любые времена была литература на продажу, на ублажение невзыскательной публики. Эту проблему поднимал Пушкин («Можно рукопись продать»). Да, может быть и такая поэзия. Но она далека от сакральной, далека от настоящего творчества. Она эксплуатирует штампы, стереотипы».

Остается неоднозначное мнение о сетевой поэзии, о поп-поэзии. Можно ли назвать это творчеством? - да, однозначно. Имеет ли оно право на существование? – конечно. Но несет ли оно какую-то ценность? Литературную – навряд ли, а вот антропологическую – на все 100%. Стоит ли относиться к поэтам-сетевикам, как к живым апостолам или магам, которые, читая мысли аудитории, говорят простым языком то, что та чувствует и хочет услышать? – думаю, нет. Да и кричать на каждом углу, точнее, в каждом комментарии, что XXI век – век графоманов – глупо и нецелесообразно. Быть может, на основе Ах Астаховой и Ес Сои вырастет гений, который войдет в число классиков спустя годы. 

Хотим мы того, или нет – поэзия будет существовать до тех пор, пока человек не перестанет чувствовать. Петр Маняхин, один из авторов самиздата «Батенька, а вы трансформер» написал: «Русская поэзия неистребима. Даже в свете ядерного взрыва это последнее, что умрёт на Земле».